Раймонд Паулс Очень сожалею что я как и все музыканты...

Категория: Композиторы

Раймонд Паулс Накануне своего 75-летия композитор рассказал нам, почему никого не станет звать на юбилей, как «отрывался» с Пугачевой, о своей любви к украинскому салу и какв пижаме покупал водку.


— Раймонд Вольдемарович, как вы завтра отпразднуете свой 75-летний юбилей?


— Да никак не буду праздновать — у меня работа. Каждый день концерты, репетиции. А эти юбилеи я уже отмечал лет так пятьдесят — сколько можно! Вот ине буду закатывать никаких специальных юбилейных программ. Просто сыграю концерт в театре.У себяв Риге.Без фейерверкови помпезности.И в гости никого не приглашу. Просто потому, что, повторюсь, не делаю ничего такого масштабного.


— И Пугачеву не пригласите?


— Нет! Пугачева живет своей жизнью, а я — своей. Я дажене былу неена юбилее в 2009-м — не люблю такие мероприятия. А вотна сценея быс Аллой встретился с удовольствием. Раньше у нас была своя компания, там был еще и поэтИлья Резник — мы встречалисьв ресторанах, отдыхали вместе. Веселились, выпивали, как нормальные люди. Это были восьмидесятые годы — их я считаю наиболее успешными, у меня была всесоюзная популярность. Но дажене знаю, почему… Я же просто играл, что-то писал. Наверное, благодаря телевидению, выступлениям с хорошими артистами. Та же Пугачева, Леонтьев… А потом обозначили все эти границы — и все пошло по-другому.


— А сейчас вы с Аллой Борисовной как часто видитесь?


— К сожалению, очень редко встречаемся. Только иногда — летом. Но я всегда старался поддерживать с ней хорошие отношения.


— Это правда, что вы научились играть на пианино еще в детском саду?


— Нет, я дажене ходилв детский сад! Просто родители купили мне старое пианино — при своих скромных возможностях. Так всеи началось.Мой отец хотел, чтобы я стал музыкантом — это была его мечта.


— Прямо как отец Моцарта.


— Нет, я не хочу, чтобы обо мне говорили в таких высоких тонах! Моцарт — это Моцарт. Это совершенно другая история, а я — скромненький. Изначально я не любил музыку. Кто вообще хочет заниматься на рояле? Родители заставили!


— Потом вам приходилось играть и в ресторанах…


— Да, я играл и в ресторанах, и в клубах — прошел все это. И ничего плохого в этомне вижу.Это была просто колоссальная практика. Мне этот опыт очень помог в дальнейшем — кроме водки, конечно. Физически было очень тяжело — пьяные компании, прокуренные помещения… Но что поделаешь, такая судьба музыканта. Но я считаю — мне повезло в жизни.


— Вы работали с такими поэтами, как покойный Андрей Вознесенский, с которым написали для Пугачевой «Миллион алых роз»…


— Вознесенский был великим поэтом, очень интеллигентным, умным человеком. Это, так сказать, золотой фонд русской культуры. У меня были хорошие отношения и с ним, и с давно живущим в АмерикеЕвгением Евтушенко. Встречаться с ними было одно удовольствие.


— А как часто сейчас сочиняете музыку?


— Редко. Я много играю как пианист. А от сочинения музыки сейчас воздерживаюсь. Но кое-что, правда, делаю для театра.


— Раймонд Вольдемарович, говорят, вы очень хозяйственный человек…


— Да, я люблю хлопотать по хозяйству. Это и есть для меня отдых. Люблю порядок в своем доме. Это, видимо, у меняот родителей, они у меня были простые люди, работяги. Но вот готовить я не умею, просто люблю покушать. Кстати, очень люблю украинское сало.


— Если оглянуться назад, о чем жалеете за долгие годы карьеры?


— Единственное, это то, что долгие годы после консерватории я не занимался как пианист. Мне прочили хорошую карьеру как пианисту, но я, к сожалению, занялся другим жанром. А так бы неплохо играл! Но яне особенно плачу по этому поводу — могу выступить и с симфоническим оркестром, и классику сыграть. Все-таки этот старый «классический» заряд во мне есть. А еще по-настоящему жалею о том, что я, как и все музыканты, выпивал. Хорошо, что я смогот этого избавиться. Это дело принесло очень много горя талантливым людям.


— Вы ведь бросили пить еще в молодости…


— Я бросил пить в 1962 году. Хорошо, что смог из этого вырваться. Но все эти «богемные» дела — через это нужно пройти. У меня бывало и такое, что спускался в гостиничный бар в одной пижаме, чтобы купить бутылку водки. Но это все молодость, и ничего плохого я в этомне вижу. Главное, чтобы все не превращалосьв криминал!


— А сейчас вас не раздражает, когда люди рядом выпивают?


— Если люди отдыхают, выпивают в меру, это нормально. Но я терпетьне могу, когда люди моей профессии напиваются на сцене или во время репетиции.


Максим Петрук
Раймонд Паулс: «Очень жалею, что я, как и все музыканты, выпивал» 11 Января2011